Минувшая неделя стала еще не традиционной августовской (обошлось, к счастью, без катастроф), но преподнесла массу небольших политических откровений. Так, например, в партии Михаила Прохорова высказывать свое мнение не рекомендуется, а Валентине Матвиенко все равно, от какого округа избираться, чтобы попасть в Совфед. Были, впрочем, откровения и повеселее.

В начале следующей недели исполнится 12 лет со дня, когда Ельцин отставил премьера Сергея Степашина и назначил – сперва и.о. премьера – Владимира Путина. Будущего тогда, конечно, не предвидел никто. Но труднее всего вообразить шутки грядущего. 12 лет спустя Россия имеет премьера с тем же именем, а еще через 12 лет четырежды бывший президент может еще раз стать премьером. Почему нет, если 20-летней давности министр правительства Гайдара и бывший президент Чувашии Федоров пишет стратегию развития для наших внуков. А вечный Дима Рогозин готов еще раз изобразить нам русский национализм «в хорошем смысле этого слова». Речные суда тонут в каждой луже, а вечный Шойгу спасает то, что осталось.

Накануне старта кампании по выборам в Государственную думу лидеры региональных отделений заявляют об амбициозных планах – совокупно набрать от 25 % голосов избирателей. «УралПолит.Ru» взвесил человеческие, финансовые и иные ресурсы правых, «яблочников» и «патриотов» на Южном Урале. Подробности – в материале экспертного канала.

Первый этап операции по перемещению Валентины Матвиенко из кресла губернатора Санкт-Петербурга в кресло спикера Совета Федерации власти подготовили в обстановке абсолютной секретности, назначив муниципальные выборы втайне ото всех. Дезориентированная "Единой Россией" оппозиция не смогла выставить своих кандидатов против Матвиенко. Тем не менее, оппозиционеры придумали, как можно доставить губернатору максимум неудобств даже без участия в выборах.

Как-то так получилось, что известная, все более маргинализирующаяся часть российского общества, исповедующая фундаментально-рыночные идеи и по неизвестной причине причисляющая себя к последователям либерализма, взяла за норму именно себя называть "обществом", именно свои политические и экономические установки объявлять "общественными ожиданиями" и именно себя иметь в виду, выдвигая требование диалога власти и общества.